velikorosy


Проект Великороссы


Previous Entry Share Next Entry
КУЛЬТУРА. ПСИХОЛОГИЯ. ПОСТМОДЕРН
velikorosy
Нет, наша наука не иллюзия. Иллюзией, однако, была бы вера,
будто мы ещё откуда-то можем получить то, что она неспособна нам дать.
З. Фрейд «Будущее одной иллюзии»

Начало XIX века во всём индустриальном и постиндустриальном мире характеризуется резким ускорением темпа жизни. Вместе с этим происходит экстремальная трансформация привычных представлений о морали и нравственности, семье и браке, благополучии и долге. Психиатры вынуждены кардинальным образом пересматривать свои представления о норме и патологии, причём чаще всего – в сторону признания «нормальности» ряда феноменов, традиционно относившихся к разряду патологических. Научно-технический прогресс и процессы глобализации, помимо улучшения общего уровня жизни человечества и стирания границ между народами и культурами, вызвали и такие резкие, гиперкомпенсаторные формы противодействия, как фундаментализм, религиозный и этнический экстремизм. Появление Интернета и иных цифровых технологий, а также общедоступность информации привели к снижению субъективной ценности знаний, снижению тяги к получению «традиционного» образования.

Эпоха глобальных изменений – это всегда эпоха системного кризиса, т.е. кризиса, оказывающего существенное влияние на все сферы жизни общества. Новизна, необычность нынешней ситуации порождает у исследователя множество вопросов. Каковы психосоциальные особенности эпохи постмодерна [1], в которой мы живём? В чём причины и психологический смысл кризиса, в котором оказалось человечество в начале нового века? Каковы основные вызовы, бросаемые эпохой отдельному человеку и обществу в целом? Какова роль психологов и педагогов, каковы их возможности и ограничения в текущей ситуации? Эти и иные вопросы требуют самого широкого общественного и профессионально-научного обсуждения.

В данной статье мы остановимся на нескольких проблемах, таких как: идеология и подходы к воспитанию, диффузия понятий нормы и патологии, психологические аспекты «толерантизации» общества.

Идеология и подходы к воспитанию

В исторической науке существует несколько периодизаций развития человечества: от древнейших времён дифференциации кроманьонцев и неандертальцев до начала XXI века. Всякая эпоха имеет свои специфические особенности, отличительные черты, проявляющиеся как во «внешней» сфере (технологии, развитие орудий, письменность), так и во «внутренней», а именно – на уровне массового сознания. Всякая эпоха и всякая цивилизация – это не только государства и народы, технологии и культуры, это также и некий набор главенствующих идей, на которых данная цивилизация основывается. Идеи эти могут быть как имплицитными, так и имплицитными. В эпоху первобытных общин главной идеей и высшей ценностью были род, племя и тотем. В традиционную эпоху непререкаемым авторитетом пользовались власть священства и государя, мыслившаяся как богоданная, имеющая высшее происхождение. Великая французская революция конца XVIII в. ознаменовала собой распад традиционных, иерархических общественных систем и формирование национальных государств. Высшими ценностями были объявлены гуманистические «свобода, равенство, братство». Тогда же была заложена основа для идеологий эпохи модерна: либерализма, коммунизма и национализма, ставящих в центр мироздания не высшие (божественные) принципы, но человека в каком-то из его качеств (как представителя своего класса и пр.).

Весь минувший век прошёл в борьбе между этими идеологиями, которая в конце XX столетия привела к ситуации, которую американский социолог Фрэнсис Фукуяма в своей знаменитой статье назвал «концом истории» [6]. Идеология «свободы, равенства, братства» с уверенностью одерживала одну победу за другой на всём земном шаре.

В традиционно-религиозной парадигме человек мыслится либо как изначально грешный, либо как предрасположенный к греху, злу, дурным поступкам. Гуманистический взгляд, напротив, видит человека изначально благим, стремящимся к добру, в условиях свободного выбора всегда отдающим предпочтение «разумному, доброму, вечному». Разность данных подходов имеет не только морально-оценочную нагрузку, но и ведёт к существенным различиям в практике воспитания, социализации. Так, из изначальной греховности человека с неизбежностью следует необходимость сурового внешнего контроля за его жизнью. Религиозные и государственные институты служат цели максимально возможного преодоления изначальной греховности, склонности к совершению дурных поступков. Напротив, из априорной благости человека следует, что в его развитии следует уделять больше внимания самостоятельной активности, а внешние ограничения («оковы») и контроль необходимо свести к минимуму. «Гуманистическому» человеку не нужны ни церковь, ни государство для того, чтобы самому постичь благую истину.

Ограничения обоих подходов, если рассматривать их с условно-объективной точки зрения, ясны. Так, «слабым звеном» традиционно-религиозного подхода является сложность контроля за самими контролирующими инстанциями, мыслимыми как легитимные проводники высшей (божественной) воли на земле, а также сам факт существования непререкаемых, раз и навсегда установленных, данных свыше истин и иерархий. Гуманистический подход также не является лишённым изъянов, главным из которых, как представляется, является сама его исходная предпосылка. Многочисленные драматические примеры отечественной и мировой истории, когда без «внешнего» контроля, без «гнёта» со стороны государства оказывались не только отдельные индивиды, но и огромные территории с миллионным населением, наглядно демонстрируют, каким же далеко не «гуманным» образом начинает действовать «освобождённый» человек.

Толерантность

Толерантность является одним из главных «трендов» Западного общества. В толерантном подходе к решению проблем социума многим видится залог их успешного разрешения.

В медицине толерантностью называется снижение реакции на повторяющееся введение вещества (лекарства, наркотика и пр.), привыкание организма, ввиду чего требуется всё большая и большая доза для достижения присущего веществу эффекта. В психологии – снижение или исчезновение реакции на какое-либо психологическое воздействие (напр., стресс). Всоциологии – терпимость к чужому образу жизни, поведению, обычаям, верованиям, идеям и пр.

В практической же сфере под толерантностью зачастую понимается нравственный нигилизм, безразличие религиозным устоям, к тем ценностям и традициям, которые ещё живы в «глобализируемом» обществе. Насильственная «толерантизация» социума означает обречённость людей воспринимать без сопротивления во всех сферах общественной жизни все без исключения явления, происходящие в мире, включая и те, которые не соответствуют их нравственным и культурным представлениям и традициям.

«Толерантизация» и глобализация двояко действуют на мировую культуру (в т.ч. и культуру человеческого общежития). С одной стороны, «толерантизация» снижает чувствительность общества к тому, что есть культура и что есть бескультурье, что есть норма и что – патология, в конце концов – «что такое хорошо и что такое плохо». С другой стороны, агрессивная глобализация распространяет эту «нечувствительность» не только по всему Западному миру, но и за его пределы. Таким образом, из идеи о том, что не существует никакой незыблемой и единой истины, непререкаемых норм и авторитетов, с неизбежностью следует вывод о том, что нет никакого смысла в делении окружающего мира на «хорошее» и «плохое», «своих» и «чужих», «правду» и «ложь». «Неудовлетворённость культурой», о котором писал в прошлом столетии Фрейд [4], обернулась отрицанием культуры.

Проблема критериев нормы и патологии

В настоящее время одним из острейших вопросов социальных и поведенческих наук является проблема критериев нормы и патологии. Ввиду уже упоминавшихся резких социальных трансформаций во всех «развитых» обществах, разрушения «ветхих» систем ценностей и морали дать ответ на «детский» вопрос «что такое хорошо и что такое плохо?» становится всё более проблематично.

Существует несколько подходов к норме, являющихся не взаимоисключающими, но дополняющими друг друга. Норма мыслится как:
1) степень приближенности к среднему значению по выборке (математическое нормальное распределение);
2) степень соответствия социальным требованиям;
3) мера приближенности к идеальному образцу;
4) мера адаптированности индивида к окружающей среде;
5) отсутствие патологии.
Рамки данной статьи не позволяют подробно останавливаться на критическом анализе данных подходов. Следует, однако, отметить, что все принятые подходы к норме, за исключением первого, опираются на «внешние», назначенные обществом критерии. Первый же подход также исходит из общества, однако «нормой» в случае его применения служит не нечто должное, заданное, но – сущее, иными словами «нормой» является всякое насущное положение дел в обществе.

Проблемой является то, что нынешнее «цивилизованное», «глобализированное» общество в силу внутренних причин не может дать чётких критериев «хорошего» и «плохого», приемлемого и недопустимого. Чёткие критерии отсутствуют и в области этики и морали, искусства и культуры. Свобода «для» бытийной самореализации человека, скованного «цепями» средневековой традиционно-религиозной иерархии, сменилась свободой «от» - морали, нравственности, ответственности, культуры, традиций, семьи [5]. Построение своих собственных «скрижалей добра и зла» - дело, которое доступно только философскому «сверхчеловеку» [2]. Однако в эпоху «свободы от» такой выбор приходится делать каждому рядовому индивиду самостоятельно, вне зависимости от его «сверхчеловеческих» качеств. Современное общество, предоставив «прогрессивному» человечеству великое множество (технических) средств, недодало ему, пожалуй, самого главного – целей [7]. «Невыносимая лёгкость бытия» нашего современника – это невыносимость отсутствия высшей цели, смысла индивидуального существования и существования всего общества в целом.

1. Грицанов А.А. Новейший философский словарь. Постмодернизм. – М.: Современный литератор. – 2009. – 815 с.
2. Ницше Ф. Так говорил Заратустра. – М.: АСТ. – 2008. – 341 с.
3. Фрейд З. Будущее одной иллюзии. – М.: АСТ. – 2009. – 251 с.
4. Фрейд З. Неудовлетворённость культурой // Я и Оно. – М.: Азбука-классика. – 2009. – с. 157-281.
5. Фукуяма Ф. Великий разрыв. – М.: АСТ. – 2008. – 474 с.
6. Фукуяма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. – 1990. - №3. – с. 8-12.
7. Эвола Ю. Оседлать тигра. – СПб.: Владимир Даль. – 2005. – 512 с.

Станислав Бышок

  • 1
Я прочитала книгу "Фрэнсис Фукуяма. Великий разрыв" по рекомендации Михаила Прохорова, самого богатого человека в России в 2009 году по версии журнала "Forbes":

http://rekomenda.ru/recomendation/ProkhorovMikhail/#prokhorov_futur

Думаю, что к мнению Михаила Прохорова в таких вопросах стоит прислушаться.

  • 1
?

Log in